ТеРа Студия - Сосновоборская Теле Радио Компания
ТеРа Студия - Сосновоборская Теле Радио Компания

Сосновый Бор

  • Телеканал Тера студия
  • Интернет-телеканал Тера IP
  • Газета Тера-пресс
  • Радиоканал Тера

Атомная рапсодия Пакша

Тренажер 1 Пакш

Окончание. Перейти к началу

Чем дышит Европа?

— Защитой живой природы и экологией я занималась еще в школьные годы. У нас в Белоруссии для каждого жителя лес, природа — это как часть души. Уже больше десяти лет — почти сразу после окончания школы — работаю в Брюсселе, в восточно-европейской ассоциации «зеленых».

У Кати Царанок лицо приветливого ангела, мои вопросы ее ничуть не смущают, она рассказывает о своей работе серьезно, порой даже запальчиво:

— Представьте себе, на Западе многие жители, особенно молодежь, почти ничего не знают ни об атомной энергетике, ни о радиации, ни о других экологических проблемах. Почему? Причины разные. Главная — почти нет информации. Мы в своей ассоциации изучали исследования Калифорнийского университета. Там студенты анализировали статистику: как часто в крупнейшей газете «Нью-Йорк Таймс» в течение нескольких лет печатались материалы на экологическую тематику. Ответ компьютера такой: ключевые фразы об изменении климата, таянии льдов, радиации, паровом эффекте и других понятиях — на страницах почти не встречаются. Доли процента! Вот и выходит — народ экологически безграмотен. Наша ассоциация устраняет подобный дефицит — проводит экологический ликбез в Европе. Нам помогают службы Евросоюза. Деньги получаем от спонсоров. Устраиваем лекции, конференции, фестивали, активно действует наш сайт. Конечно, привлекаем ученых и специалистов. В последнее время крепнут международные контакты. Моя мечта — объединить экологические сообщества России, Белоруссии. Украины, Латвии, других стран — бывших советских республик.

— Теперь подключились и наши коллеги — венгерские «зеленые», — продолжает Екатерина. — Можно сотрудничать и объединяться с защитниками природы всех стран бывшего соцлагеря. А что? Есть желание и есть возможности — будем работать! Форум это показал…

Еще одна примечательная встреча и откровенный разговор. Целый этаж дворца в период конференции был отдан детскому творчеству. На стенах рисунки и фотоработы — прекрасные творения юных мастеров из Атомградов страны «Росатом». Вместе с М.В. Воронковым, главой Сосновоборского городского округа, а в данном случае членом общественного жюри детского конкурса, любуемся работой нашей землячки Ани Анфаловой — трогательный и даже философский фотоснимок, который можно назвать просто «Одуванчик завял…». Вместе нахваливаем — одна из лучших работ.

На мои вопросы глава отвечает подробно:

— В целом, определять детей-победителей в творческих конкурсах очень непросто. Сегодня мы увидели показ моделей одежды, авторов сочинений, юных актеров, подводили итоги среди художников. Все работы прекрасны и оригинальны, все дети — настоящие таланты. Победителей немало, но главное — никто не проиграл. Оценены и награждены все участники. Это, своего рода, стиль «Росатома» в детских конкурсах: участие — уже победа. Замечу, для венгерской стороны очень интересен показанный здесь опыт работы с детьми в городах атомного профиля. К примеру, у нас в Сосновом Бору детские творческие коллективы работают весьма успешно.

Говорим о другом — о впечатлениях от участия в мероприятиях форума.

— Признаюсь, особенно волновался, когда мы посетили воинский мемориал в центре города. Здесь свято чтут память о советских воинах, павших в боях с фашистами за освобождение венгерской земли. Все памятники в отличном состоянии. Провели торжественное возложение венков. Вместе с венгерскими коллегами мы посадили десятки деревьев в парке — в честь памятного события… Нашу делегацию, состоящую из глав городских округов Атомградов и ЗАТО, пригласили и в муниципалитет города — и мы узнали много интересного. Но, в основном, обсуждался именно наш, отечественный опыт решения городских проблем при участии атомной отрасли. Укрепление такого взаимодействия в период сооружения новых ядерных мощностей — весьма актуальный вопрос для венгров.

Наш человек в Пакше

День осмотров, экскурсий, посещений объектов энергетики… Накрапывает дождь, временами тучки разбегаются, является солнце. По долинам и по взгорьям петляет мокрое шоссе — наш автобус мчит в сторону города Пакш. Мелькают строго очерченные прямоугольники и клинья полей, лугов, виноградников. Иногда замечаем неубранные кукурузные наделы, ощетинившиеся серой массой увядшей листвы и стволов — печальная картинка… В памяти тут же всплывают некрасовские строки о несжатой полоске и горькой крестьянской доле. Что случилось? Почему гибнет урожай?

Задаем вопросы нашему гиду, и она дает грустные пояснения.

Такова венгерская действительность, многое в стране увяло, как эти заброшенные поля. После распада СССР и разрыва экономических связей закрылись многие венгерские предприятия, ушли в небытие целые отрасли экономики. По требованию Евросоюза страна сократила производство основных сельскохозяйственных культур, ограничила работу фермерских хозяйств. Сменились кое-где хозяева знаменитых виноградников, пошла вырубка лучших сортов. Работы у людей почти нет. Значительная часть молодежи — до 15 процентов — подалась на заработки в Европу… Впрочем, теперь появилась надежда, что многие вернутся. Строительство блоков «Пакш-2» дает тысячи новых рабочих мест и перспективу развития.

Наш гид — родом из России. Представляясь нам при первой встрече, пошутила онегинской строкой: «Итак, меня зовут Татьяна». Не случайно пошутила. Оказалось, ее фамилия «Керн» — весьма известная по посвящению нетленного пушкинского: «Я помню чудное мгновение…» А Татьяна, улыбаясь, призналась: «Этой фамилией меня одарил любимый муж, по молодости, бывало, даже нашептывал: ты — гений чистой красоты… А что, в юности мы все были очень даже ничего!»

…Они встретились в конце 70-х — на строительстве первых энергоблоков АЭС «Пакш». Молодой венгерский инженер влюбился в советскую красавицу, комсомолку и ударницу. В год московской Олимпиады сыграли свадьбу — сразу на две страны. В Пакше строились и вводились в эксплуатацию один за одним энергоблоки. Здесь же рождались и подрастали один за другим их дети. Мальчик и две девочки. Судьба станции слилась с их судьбами. Дети выросли, закончили вузы, работают в России. Муж — на пенсии, заслуженный энергетик. А неутомимую «пушкинскую» Керн на заслуженный отдых руководство АЭС не отпускает — началась большая стройка, позарез нужен экскурсовод и переводчик.

…В полуденных лучах солнца действующие энергоблоки АЭС выглядят впечатляюще. Строгий, современный, оригинальный дизайн. За внешней красотой корпусов скрыты гигантские объемы работы по модернизации и совершенствованию всех систем ВВЭР-440. Комплекс жестких требований от контрольных европейских инстанций и МАГАТЭ здесь неукоснительно выполняется на протяжении многих десятилетий. Ныне грядет очередное продление срока эксплуатации еще на 10 лет — для первых двух блоков. Таким образом, трудовой стаж «ветеранов» достигнет 60 лет. Своего рода рекорд в атомной энергетике!

Осматриваем станцию с особым интересом. Эксплуатационники — наши экскурсоводы говорят вполне серьезно: каждый блок можно назвать вечным двигателем. Действительно, время и нагрузки будто не властны над проектными решениями, над качеством технологических систем и агрегатов. Сверхнадежное оборудование. И такой запас «вечности» обеспечен конкретно советско-российскими и венгерскими производителями и проектировщиками. Известный лозунг «Советское — значит лучшее», здесь продолжает работать — вне времени и политики. Уже в контексте -«российское».

И еще отрадные для русской души факты. При модернизации АЭС в Пакше применили в основном западную электронику. А вот от европейских аналогов при замене узлов и агрегатов отказались, использовали только российские разработки. Особое внимание уделили «топливу» для АЭС. Был момент, загрузили в реактор американские топливные сборки. Физико-технические параметры блока резко изменились к худшему. Помучились — и отказались. Коллеги с финской АЭС «Ловиса» пошли тем же путем и тоже свернули опасный эксперимент с «твэлами». Теперь уверены: лучшее в мире «горючее» — это российские топливные сборки, созданные для разных типов реакторов.

На «Пакш» хорошо помнят и другой советский лозунг: «Кадры решают все!» Для подготовки эксплуатационного и ремонтного персонала здесь построен лучший в Европе тренажерный комплекс. Нам довелось его увидеть, что называется, воочию и убедиться в справедливости высоких оценок. История его создания по своему примечательна.

Предприимчивые венгерские специалисты вовремя смекнули и воспользовались критической ситуацией 90-х годов, когда в Польше бушевали протесты, так сказать, «бледнозеленых» против строительства АЭС советского типа в этой стране. Тогда венгры и вывезли отсюда в Пакш полный набор оборудования «отказного» блока ВВЭР-440. Евросоюз дал «добро», и на берегу Дуная появился уникальный тренажер, состоящий не из макетов и имитаторов технологических систем, а из настоящих стальных частей — реактор, парогенераторы, трубопроводы высокого давления, другое оборудование. В новом энергоблоке, понятно, не вырабатывалось «рабочее тело» в виде перегретого пара. Он производил и производит сегодня, образно говоря, «рабочее дело» в виде высококвалифицированных кадров для АЭС. Добавлю, обучает и студентов вузов.

…Уже в сумерках, в сиянии уличных фонарей наш автобус колесил по вечерним проспектам городка Пакш — последняя экскурсия. Наш неутомимый гид Татьяна Керн рассказывала о достопримечательностях города. Старинных зданий или архитектурных объектов здесь немного — город сравнительно молод. Главный памятник стоит на широкой набережной, почти у береговой линии — заботливо убран, украшен и подсвечен прожекторами. Обелиск советским воинам, погибшим на берегах Дуная — за освобождение Венгрии.

— Иногда бывает тоскливо, тянет на родину, — со вздохом призналась Татьяна. — Хочется окунуться — как в песне — в суету городов и в потоки машин. Хочется в нашу вечную городскую толчею, в споры и разговоры, пусть даже бестолковые. Понимаете, здесь все по другому. Взгляните в окна — вечернее время, а улицы безлюдны, все — по домам, отдыхают. И магазины рано закрываются, даже в барах — тишина. Здесь так привыкли жить, и я тоже уже привыкла. Но надеюсь, скоро все изменится — приедут наши строители, жизнь зашумит. Скорей бы!

Мы остановились на набережной. Вышли к Дунаю — великой европейской реке. Заросшие лесом, смоляные во мраке берега чуть угадывались. Но река работала. На ее середине, шумно вспенивал воду буксир. За ним на невидимой привязи шла баржа, груженная бревнами. Красные, желтые огоньки буксира рассыпались и гасли на волнах…

Налетел ветерок, чем-то родным, волжским, полузабытым повеяло вдруг… И вспомнился мне город далекого детства, вспомнились ясные, астраханские ночи на реке — с крупными звездами в вышине. И мерцающие серебристые дорожки от этих звезд, бегущие по спящей воде к чуть приметному берегу. И плеск ночных ленивых волн, и удары по воде невидимых рыб, играющих с бликами звездного света — вечная музыка великой русской реки…

А здесь серебрился Дунай. Веселая россыпь небесных и земных огней плясала вокруг трудяги-буксира. Неслышно, неторопливо расходились в ночи волны, унося на своих крыльях золотистые южные звезды.

Рапсодия

Музыкальное событие большого масштаба — таким оно и осталось в памяти.

…Он осторожно тронул тонкой палочкой сумрак зала. Словно решил убедиться — готово ли это гулкое пространство принять бурный водопад звуков.

На сцене, озаренной софитами, дирижер властвовал один. Точнее, он управлял теперь всем сущим. И покоем огромного зала с оцепеневшими в ожидании слушателями, и ослепительными лучами рампы, и напряженным томлением струн, и трубами, и литаврами, и дыханием замерших музыкантов, и движением их рук, губ, взглядов, даже мыслей…

И пианист был покорен его безраздельной властью, но это была их духовная и кровная взаимосвязь: на земле нет ничего прочнее святых братских уз… Пианист томился за роялем — тонкий, чуткий, озаренный каким-то неземным светом, нервно ожидающий сигнала от брата — дирижера, царившего теперь над всем и всеми…

Первыми запели скрипки — словно незримые серебряные ручьи заструились по зеленеющей земле, и сразу вслед пролились дождевые струи — радостным потоком хлынули голоса виолончелей. И откликнулись медными вздохами трубы, мягко и нежно заговорили свирели, за ними флейты, кларнеты…

И тогда вступил пианист — взлетели над клавиатурой пальцы его рук и помчались, с невероятной быстротой касаясь клавиш, с каждым тактом наращивая скорость полета, нагнетая удар, умножая звуковую мощь рояля…

В золотом свете прожекторов теперь звучал весь оркестр. И мчались по цветущей равнине жизни ручьи венгерских напевов, наигрышей, цыганских плясок. Эта музыка могла все. Она пробуждала мысли и желания, вымывала тоску и уныние, исцеляла боль и усталость, превращала отчаяние в надежду, ненависть в доброту, равнодушие в сострадание, покорность в неукротимость…

Это было бессмертное творение великого композитора Ференца Листа «Венгерская рапсодия» № 2 .

Назову тех, кто творил для нас Музыку.

Выдающийся дирижер — Тибор Боганьи, руководитель национального симфонического оркестра Венгрии.

Выдающийся пианист — Гергели Боганьи, победитель самых престижных международных конкурсов.

И еще был рояль, сотворенный самим Гергели Боганьи — уникальным дизайнером, изобретателем, конструктором и мастером.

Не скрою, этот рояль вызывает восторг и восхищение. Чудо дизайна, изобретательства, музыкальной техники и технологии. Пианист сам начертал великолепный художественный образ инструмента, нашел поистине космические — звучащие — материалы, усовершенствовал основные узлы и механизмы, облегчив игру музыканта и улучшив звучание инструмента, наконец, сотворил задуманное своими руками. По оценкам специалистов, рояль «Боганьи» сегодня занимает одну из высших строчек в рейтингах лучших инструментов в истории музыки. Уже действует производство. Подобный рояль, как дар Венгрии, передан Московской консерватории.

Мы слушали первый рояль Боганьи, на котором играл сам мастер. Этот шедевр теперь живет на сцене зала имени И.В. Курчатова во дворце атомщиков — как свидетельство особого доверия и признательности венгерских друзей российским коллегам — соратникам по большой созидательной работе в атомной энергетике.

Закончу красивой метафорой. Совсем скоро в Венгрии на берегу Дуная будет исполнена новая современная венгерская рапсодия, которую можно назвать так: «Атомная рапсодия Пакша».

Олег ТАРАСОВ

Фото автора


Вторник, 28 января, 2020