ТеРа Студия - Сосновоборская Теле Радио Компания
ТеРа Студия - Сосновоборская Теле Радио Компания

Сосновый Бор

  • Телеканал Тера студия
  • Интернет-телеканал Тера IP
  • Газета Тера-пресс
  • Радиоканал Тера

Дом Петрова

дом петрова

В Сосновом Бору не так много легенд — город сосвсем молодой, мифология просто не успела сформироваться. Но у жителей, обитавших в нашх краях задолго до того, как на берегу Финского залива появились первые геодезисты, легенды были. И одна из них рассказывала о доме Петрова.

Правда это или нет, сказать сейчас трудно. Известно лишь, что во второй половине семнадцатого столетия деревня Устье уже существовала, и обозначена она была на шведских картах. Шведы, которым территория Ингерманландии перешла по Столбовскому миру, были людьми аккуратными и скрупулезными. По старинному тракту, который в значительной части совпадает с существующей и поныне дорогой «Санкт-Петербург – Ручьи», ходил шведский патруль – рейтары, следившие за тем, чтобы все на вверенной им территории было в порядке, чтобы не подстерегали разбойники мирных путников на лесных дорогах да не грабили бы севшие на мель корабли. Потом настала Петровская эпоха, Ингрия вошла в состав Российской империи и стала жить по ее законам. Петр Первый очень много путешествовал, и, говорят, однажды ехал по старой дороге в сторону Копорья и остановился в деревне Устье. Он обратил внимание на лучший дом – и предание гласит, что стоял этот дом именно там, где сейчас находится Дом Петрова. Петр Первый в быту был человеком неприхотливым, очень любил небольшие помещения, и в простом доме чувствовал себя прекрасно. В отличие от соседних домов, крыша этого дома была покрыта железом, что говорило об определенном уровне благосостояния владельца. Царь, кроме всего прочего, отличался любопытством, особенно в том, что касалось строительных материалов – Северная война близилась к концу, строительство новой столицы шло уже полным ходом, камень и железо были в дефиците, а тут – простой крестьянин, и на тебе! — дом под железной крышей.

Что сделал бы любой другой правитель? Мог отобрать дом, содрать железо, а то и шкуру с самого владельца. Петр, конечно, тоже ангелом не было, но стремился направить Россию по новому пути развития – слова «капитализм» тогда еще не придумали, однако первый русский император стремился именно к капиталистическим преобразованиям. В своих многочисленных путешествиях он выискивал способных к предпринимательству людей и давал им возможность развивать свое дело. Поэтому с владельцем дома под железной крышей он поговорил сам. И выяснил, что это – рыбак, дела которого шли очень неплохо. Он ловил рыбу, которую охотно покупали в местах, где уловы были хуже. На вырученные деньги приобретал все, что ему нужно, в том числе железо для крыши – и ему оно обходилось куда дешевле, чем царю для строительства новой столицы. В те годы тоже всяк, кто мог, старался получить с государственного контракта как можно больше…

А с фамилиями в те времена дело обстояло своеобразно, ведь это было время великих перемен во всех сферах. Русь, конечно, переименовали в Россию еще при Иване Грозном. А вот того уровня, когда у человека должно было быть не только имя или прозвище, но и фамилия, достигли именно при Петре. Он первым начал в своих указах, касавшихся людей не дворянского происхождения, давать им полные имена, фамилии и даже отчества. У рыбака, принимавшего царя под своей железной крышей, фамилии не было, но с того момента – появилась. От имени Петра Первого, то есть Петров.

В те годы дом был деревянным. Каменный первый этаж появился почти полтора века спустя, перестраивали дедовское наследство трое его потомков. Впрочем, от дерева как от строительного материала отказаться не удалось. Надстройка была именно деревянной. Такие архитектурные решения были распространенным явлением на Северо-Западе. Подобным образом строили даже дворянские усадебные дома, а Петров все же был не княжеского рода – царским указом ему было присвоено звание купца первой гильдии, что давало определенные права и социальные гарантии как ему самому, так и его потомкам.

Семья владела этим домом вплоть до Октябрьской революции. Так и получилось, что Дом Петрова – это памятник великим переменам. Сначала петровские реформы, потом приход социализма, потом – девяностые…Петровы владели домом еще несколько лет спустя после революции, до 1924 года. Занимались братья разными видами предпринимательства, в том числе торговлей стеклом – и даже есть гипотеза, что первый этаж в его нынешнем виде спроектировал архитектор, тесно сотрудничавший с торговцами стеклом и стеклопромышленниками – в соседних областях есть несколько домов, похожих по своему архитектурному облику на Дом Петрова, и все они принадлежали стеклопромышленникам (вот и еще одна тема для исследователя, а может, и для музейной экспозиции).

Что случилось потом? Краеведы к единому мнению пока не пришли. До революции семья не бедствовала и вполне могла угодить под экспроприацию. В соседних городах и деревнях бывало всякое – и умерший от голода барон Притвиц, владелец Старого Гарколова, и убитый инвалид – один из Врангелей… И спасенный Гаген-Торн, которого вместе с семьей отстояли жители Большой Ижоры, потому что он многим помогал. Как бы то ни было, несмотря на все перипетии Гражданской войны, Петровым удалось сохранить свой дом. Но наиболее дальновидные люди могли предвидеть последствия того, что случилось. Поэтому обе версии — вдова ли передала дом Петрова советской власти или же дом отобрали, как отнимали имущество у многих — имеют право на существование. Возможно, где-то в архивах лежат документы, способные поставить точку в этом эпизоде.

Но, добровольно отдали Петровы свой дом или нет, ему суждено было сыграть очень важную роль в истории и Устья, и Ораниенбаумского плацдарма, и Соснового Бора.

Для начала там обосновалась школа-семилетка. Она существовала вплоть до 60-х годов – до того момента, когда открыли новую школу на Комсомольской. Теперь эта новая школа прочно обрела название «старой», а находится там сейчас Центр патриотического воспитания… Как рассказывала одна из местных жительниц, в середине тридцатых, после того, как закрыли финскую школу в Ручьях, некоторое время в доме Петрова находились и финские классы. Правда, некоторые краеведы это оспаривают, так что и тут есть поле для исследований.

Дом Петрова оказался важным объектом и на Ораниенбаумском плацдарме. Здесь располагался медсанбат, он же был своего рода опорным пунктом 5 Отдельной бригады морской пехоты. После войны школа возобновила свою работу, и у жителей нашего города сохранились фотографии, где на фоне красивого старинного дома, утопающего в цветах сирени, стоят юноши и девушки в выпускных нарядах…

В 60-е и 70-г здесь располагалась поликлиника. Медсанчасть, которая только начинала строиться, обслуживала «спецконтингент». Те, кто не работал на предприятиях ядерного комплекса или же учился или трудился в Ленинграде, лечились в других учреждениях. Это уже потом город и медсанчасть заключили договор, городская поликлиника и стационар стали принимать всех сосновоборцев. Кстати, в Устье работали очень хорошие врачи, и порой даже работники градообразующих предприятий стремились попасть к тамошнему стоматологу или терапевту.

Потом Дом заняли биатлонисты. Потом сюда же переехал клуб Ленинградской атомной станции. В конце 80-х его признали историческим памятником. Восемнадцать лет спустя статус сняли. Дом пытались консервировать, на это каждый год выделяли немыслимые деньги, но ремонт, если и двигался с места, то куда-то назад. Дом пытались снести якобы по просьбе одной из общественных организаций, но письмо оказалось липовым (и это тоже может стать основой для расследования). Предлагалось также снести дом и вписать одну из стен в экспозицию будущего музея…

Позже была проведена независимая экспертиза, показавшая, что кладка еще вполне себе держит. И теперь речь уже идет о том, чтобы сохранить дом по максимуму – и по максимуму же вписать в музей. О необходимости сохранения говорил глава Сосновоборского городского округа Михаил Воронков во время телефонной линии с жителями, а на личной встрече с сосновоборцами накануне выборов об этом же сообщил губернатор Александр Дрозденко.

В последние годы в России вообще и в Ленинградской области в частности интенсивно развивается внутренний туризм. И лишняя достопримечательность – отличный способ привлечь внимание туристов и включить Сосновый Бор в несколько возможных маршрутов. Дом, овеянный легендами и сыгравший важную роль в истории города – вполне может стать такой достопримечательностью. И станет, если как следует постараться.

47

Ирина Полякова


Пятница, 9 октября, 2020