ТеРа Студия - Сосновоборская Теле Радио Компания
ТеРа Студия - Сосновоборская Теле Радио Компания

Сосновый Бор

  • Телеканал Тера студия
  • Интернет-телеканал Тера IP
  • Газета Тера-пресс
  • Радиоканал Тера

Наш край

Путешествие во времени

Усадьба в Елизаветино

Новый год наступил – и, вероятно, многие из наших читателей думают о новых путешествиях. Для того, чтобы интересно провести время, не обязательно ехать далеко. В Ленинградской области немало мест, где можно найти что-нибудь интересное, да такое, чего наверняка больше нигде нет.

Когда-то в Петергофском, Гатчинском и Ямбургском уездах было множество дворянских усадеб – представители самых состоятельных и известных семей считали хорошим тоном обзавестись поместьем поближе к столице. Кое-что сохранилось и по сей день, но, увы, подавляющее большинство усадебных домов скоро станет исключительно достоянием истории – выжить удается лишь избранным. Но пока еще есть время посмотреть на то, что осталось в Воронино, Котлах, Лопухинке, Гостилицах и во многих других местах, окружающих Сосновый Бор. Но это будет летом, а пока что давайте совершим путешествие во времени – посмотрим, как жили владельцы поместий и чем они занимались.

Сельские дворянские усадьбы – идея Петра Первого. В Европе-то такие поместья были, и это очень нравилось первому российскому императору. Он вообще хотел, чтобы путешественник, прибывший на корабле в Кронштадт, перебирался затем в Ораниенбаум и ехал по красивой дороге вдоль роскошных парков и дворцов. Но участки под поместья жаловали и в других губерниях, а не только вдоль Петергофской дороги. Правда, даже при Петре дворяне в них почти что и не жили. Все они должны были где-то служить, а в сельском своем доме проводили всего несколько месяцев в году. Удалиться в поместье мог только человек весьма преклонных лет, когда он уже окончательно уходил в отставку. Ситуация изменилась лишь при Петре Третьем. Этот император хоть и правил всего несколько месяцев, и не был даже официально при жизни коронован, но успел много, в том числе освободить дворян от обязательной службы. После знаменитого манифеста дворяне просто толпами хлынули из столиц в свои поместья – на дорогах было не протолкнуться от повозок и экипажей, а порой даже ехали целыми караванами, со всей мебелью, утварью, чадами и домочадцами.

Это был настоящий исход, сродни дачному буму конца прошлого века. На месте легких деревянных домиков ставились постоянные каменные, порой даже дворцы. В них можно было жить летом и зимой. Полностью перестраивалось хозяйство. Многие дворяне обнаружили у себя коммерческую жилку – они вводили у себя передовые сельскохозяйственные технологии, ставили мельницы, винные заводы, бумажные6 мануфактуры и многое другое. По сей день сохранились остатки мельницы полковника Шемиота неподалеку от деревни Большое Руддилово Кингисеппского района, знаменитая мельница Штакеншнейдера в Пудости.

Что привлекало помещика средней руки в деревенский дом? Ну, во-первых, размеренная и понятная жизнь без особых потрясений. А во-вторых, он на свое земле мог строить все, что хочет. Мог заказать проект знаменитому архитектору и возвести дворец. Мог по собственному плану построить обычный деревенский дом, мало чем отличающийся от крестьянского жилища. В городе все было не так, там существовали жесткие строительные регламенты. Помещик мог устроить у себя парк, какой хочет, мог заказать мебель собственному искусному крепостному, а мог выписать и из-за границы. Соседство «французского с нижегородским» было не только в языке, но и в быту.

Важную роль играло место. Оно должно было быть красивым. Центром архитектурной композиции всегда был помещичий дом. Его архитектурные достоинства зависели от кошелька владельца. Это мог быть роскошный особняк, как в Тайцах, или же простенький одноэтажный дом, как усадьба Алютино в Гора-Валдае. Но всегда – неподалеку от водоема. Если не было по соседству озера или реки, рыли пруд.

Чтобы посмотреть, как устроено поместье вообще, лучше всего отправиться в Куммолово – дом там, конечно, почти разрушен, но планировка пока еще видна очень хорошо. Главная дорога, ведущая из Копорья в Ямбург, находилась там же, где и сейчас. Выглядела она, конечно, иначе. Итак, с этой дороги мы съезжаем на проселочную, ведущую в усадьбу. Проезжаем несколько сотен метров, и …попадаем в аллею, она есть и сейчас, хотя изрядно заросла сорными породами – как иначе, ведь никто же за ней не ухаживает. Ворота не сохранились, а вот господский дом виден просто великолепно. Точнее, то, что от него осталось. Аллея всегда именовалась въездной, такие можно видеть и в Стрельне, и в Ораниенбауме, да и вообще в любом другом поместье.

Можно заметить и следы парадного двора. Куммолово, конечно, и в восемнадцатом столетии, когда она принадлежала лейб-медику Блюментросту и его потомкам, не была парадной резиденцией. Но все же соседи туда иногда приезжали, а соответственно, должно было быть место для их экипажей. Оно и было. Сейчас, правда, его почти и не разглядеть даже летом, потому что оно полностью заросло бурьяном, который много десятилетий никто не выкашивал. Как правило, во дворе были цветники. А может быть, там находилась скульптурная композиция или даже фонтан.

Рядом с домом и сейчас сохранился флигель. Вообще-то их обычно бывало два – правый и левый. Как правило, это были одноэтажные строения. Как ни странно, зачастую они дошли до наших дней гораздо в лучшем состоянии, нежели помещичьи дома. Просто потому, что в них и после революции, когда в усадебных домах стали располагаться штабы воинских частей, правления колхозов и школы, продолжали просто жить люди. Жить – значит, содержать в пригодном для жизни состоянии. В том числе и после того, как усадебные дома окончательно опустели в 90-е (это же можно сказать и о домиках служителей – например, привратника или управляющего; в них жили дольше, чем в господских домах, и сохранились они лучше). В Куммолово такого вот обитаемого по сей день флигеля, правда, нет. А при первых владельцах именно во флигелях располагались обычно гостевые комнаты, а также помещения для прислуги. Флигели располагались по-разному. Например, они могли являться чем-то вроде продолжения дома и стоять с ним на одной линии, а порой даже и соединяться чем-то вроде галереи или перехода. А могли и выступать вперед и даже располагаться перпендикулярно фасаду главного строения. Словом, кому что нравилось.

А вот что в Куммолово очень характерно, так это вид фасада. Чаще всего так они и выглядели – портик с колоннами и фронтон над ним. На фронтоне обычно можно было видеть герб.

Довольно часто в усадебном доме было особое место, с которого открывался самый красивый вид на окрестности. Самый эффектный в наших окрестностях – башня Дибича в Старом Гарколово, откуда можно было видеть гостей, прибывающих с моря.

Но вернемся в Куммолово. Сейчас очень трудно определить, чем был украшен дом. Однако по другим усадьбам, сохранившимся лучше, мы можем судить об архитектурных тенденциях того времени. Украшать строение могли скульптуры. В рядовых сельских усадьбах, не ставших музеями, они почти нигде и не сохранились.

А что еще было в усадьбе? Это зависело от того, насколько богат владелец и как именно он использует свое поместье. Например, если дворянская семья была очень состоятельной и часто устраивала балы, то и в доме непременно был большой бальный зал, а в парке – всевозможные беседки, укромные уголки, место для летних концертов.

А вот церковь была практически у всех, даже у небогатых помещиков. Во многих местах они отлично сохранились – в Котлах, например, в Знаменке, Сергиевке церкви не только не разрушились, но восстановлены. В Куммолово, правда, даже и следов не осталось, но она там непременно должна была быть.

А что еще? А все то, что необходимо человеку, вне зависимости от состояния и сословия, для нормальной жизни. То есть должны были быть многочисленные хозяйственные строения. Барин держал экипаж? Безусловно. То есть в усадьбе обязательно были каретный сарай и конюшни. Кстати, конюшни иногда были очень красивые – достаточно вспомнить Стрельну с усадьбой графа Орлова или же Знаменку. Любимым помещичьим развлечением была охота – соответственно, нужна была и псарня. Люди жили в поместье круглый год – можно ли было обойтись без припасов? Конечно, нет. Баз кладовых и погребов жить в селе совершенно невозможно. А в ледниках было холодно круглый год – и, кстати, остались эти помещения во многих усадьбах, а в Сергиевке он очень хорошо виден с дороги. В богатых усадьбах бывали и оранжереи с экзотическими растениями. Например, в Воронино как раз они и сохранились.

Усадьбы много раз перестраивались. В них располагались самые разные учреждения, и порой очень трудно определить, где и что в каждой из них находилось при первых владельцах. Но такая реконструкция, хотя бы мысленная, очень увлекательное занятие!

Теги: , .

Четверг, 10 января, 2019