ТеРа Студия - Сосновоборская Теле Радио Компания
ТеРа Студия - Сосновоборская Теле Радио Компания

Сосновый Бор

  • Телеканал Тера студия
  • Интернет-телеканал Тера IP
  • Газета Тера-пресс
  • Радиоканал Тера

Цена репрессий

Федор Саберов и Игорь Алепко

24 января в Библиотеке семейного чтения состоялась встреча с Федором Саберовым – историком, одним из авторов серии книг «Политические репрессии 1937-39 г.г. командно-начальствующего состава». Федор Константинович представил две книги – о репрессиях на Балтийском и Черноморском флотах.

О событиях 1937 года сказано немало, но до сих пор не дана полная оценка последствий политических репрессий. Авторы книг провели огромную работу в архивах, исследовали самые разные документы, в том числе и те, которые человеку непосвященному могут показаться незначительными.

Факты впечатляют – и невольно возникает мысль о том, а что было бы, если бы политических репрессий в те годы не было? Как развернулись бы события последующих лет – например, в Великую Отечественную войну? Какой была бы она – и была бы вообще?

Дело в том, что репрессии шли по нескольким направлениям. В числе подозрительных неизбежно оказывались люди определенного социального положения и определенных национальностей. Общеизвестно, что репрессированы были дворяне – и довольно часто это были люди образованные и опытные, в том числе и в военном деле. Репрессировали уроженцев некоторых республик – вне зависимости от того, где они находились и чем занимались. Как результат – к 1941 году в Балтийском флоте оставалось всего четыре человека, имевших опыт Первой мировой войны. И служили они тогда матросами. А в немецком флоте в то время практически все командиры кораблей были людьми хорошо обученными и опытными, прошедшими военную школу в годы Первой мировой, причем не матросами, а офицерами.

В эти годы военно-морские училища оказались практически без квалифицированных преподавателей. Как результат – курсантов учили не моряки, прекрасно знавшие лоцию и не раз бывавшие в походах, а вчерашние курсанты, порой ни разу не видевшие моря и знавшие устройство корабля только по рассказам. Продвижение по службе шло сказочно быстрыми темпами, но почему? Потому, что аресты следовали один за другим, и на следующую должность попадал человек, не получивший достаточного опыта на предыдущей. Прыжки через два-три звания тоже были делом обычным.

От всего этого, естественно, страдала и дисциплина – зачем выполнять приказ человека, которого вот-вот могут арестовать? Отсутствие опыта сказывалось и на боевой подготовке, и во многом по этой причине флот оказался в начале войны в очень тяжелой ситуации.

При этом аресты были настолько обычным явлением, что в Кронштадтской тюрьме не хватало места. Там было всего десять камер, в которых в самый разгар кампании оказалось более шестисот человек. Следователей тоже не хватало, арестованные по несколько месяцев ждали первого допроса. Поначалу аресту предшествовало увольнение, но к 1939 году об этом стали забывать – в результате люди, уже арестованные, а то и расстрелянные, продолжали числиться на службе. Разобрались с этим уже в шестидесятые, и тогдашнее командование было вынуждено платить семьям огромные компенсации – за все годы службы репрессированного родственника. В качестве следователей приглашали обычных охранников, не имевших никакой подготовки – и они-то как раз и должны были «готовить» арестованных к дознанию. Методы применялись самые простые, давным-давно описанные (и чаще всего это были избиения и пытки).

Были и случаи, вроде бы имевшие под собой основание. К примеру, один крестьянин из Лебяжьего продал в местную воинскую часть корову, которая издохла от неизвестного заболевания. Для матросов, которые ели обед с этим мясом, все кончилось относительно благополучно – многократным посещением гальюна. Для самого крестьянина, а особенно же для начальника камбуза, все завершилось не так хорошо. Было следствие, был приговор за подрыв боеспособности. Начальник камбуза был расстрелян, кухонных работников отпустили в конце концов, а про крестьянина все забыли, и в тюрьме он просидел почти всю войну, пока сам не написал письмо. (Кстати, по поводу этого случая у присутствующих на встрече – а это были в основном морские офицеры, нынешние или в отставке, — оказалось свое мнение. Один из слушателей задал вопрос, а что было бы, если бы корова подохла, скажем, от сибирской язвы, что по тем временам было далеко не редкостью. И что это, с точки зрения офицера, действительно очень серьезный проступок…)

Вообще на встрече вопросов было много – аудитория оказалась весьма подготовленной. Обсудили и военные действия на Балтике, и состояние флота на тот момент. Кстати, некоторые из присутствующих не согласились с тем, что опытных командиров увольняли только по политическим причинам. Указали на приказ от 1929 года, предписывавший увольнять офицеров старше пятидесяти лет.

О причинах репрессий историки спорят до сих пор. И, наверное, будут спорить еще долго. Логике это не поддается. Авторы книг о причинах не говорят – приводят только факты. И факты эти впечатляют даже человека, не обладающего пылким воображением. Но пересказывать книгу – дело бессмысленное. Лучше — почитать.

Ирина Полякова