Как всегда, при работе в Центральном архиве наткнулись на интересные факты. Сегодня мы расскажем о наводнении 1924 года, которое случилось в Ленинграде и затронуло и пригороды и поселения губернии.
Утро в Ленинграде 23 сентября 1924 года выдалось светлым. Никто не ждал беды. Но к полудню с запада налетел порывистый ветер. Вода в Неве начала стремительно подниматься. С Петропавловской крепости прозвучало пять предупредительных выстрелов — сигнал тревоги. Однако предупреждение об опасности запоздало. Уже затопило Стрелку Васильевского острова, Адмиралтейскую набережную, Невский проспект, Дворцовую площадь. Ушли под воду первые этажи зданий. Рухнули 19 мостов, в том числе Сампсониевский и Гренадерский. Передвигаться можно было только на лодках.
Электросети замкнуло — вспыхнули пожары. Торцевые мостовые размыло, дороги превратились в русла бурлящих потоков. Максимум воды был зафиксирован в 19:15 — 369 сантиметров над ординаром, всего на два фута ниже легендарного наводнения 1824 года. Существенный урон был нанесён Ленинградскому зоопарку: как сообщила позже городская пресса, в воде погибли один олень, два страуса, двадцать рыжих лисиц, шесть черноголовых баранов, семейство кроликов, филин, два орлика, два ястреба и белоголовый гриф, по другим данным – еще и бегемот. Позже было названо количество человеческих жертв Ленинградского наводнения - официально 600 человек, ряд ученых гидрографов считают, что гораздо больше.
Пригороды Ленинграда стихия тоже не обошла стороной. Вода поднялась на 3,8 метра. Лахта, Стрельна, Петродворец, Кронштадт — всё оказалось под водой.
В Стрельне жертв удалось избежать благодаря красноармейцам 2-го железнодорожного полка и самим жителям. Те, кто имел лодки, выходили на воду снова и снова, спасая соседей, домашний скот, священные иконы и даже кресты, вырванные из земли кладбищ.
«Наутро после наводнения представилась невообразимая картина: рыболовные снасти, кресты с кладбища, кочны капусты, диваны, стулья, сломанные сараи… всё это валялось и загромоздило улицы» — так описывал последствия катастрофы председатель Стрельнинского волостного исполкома Нуйя.
Но пострадали не только крупные населённые пункты.
Прибрежные селения тоже понесли убытки. Среди них были и «наши деревни», в частности, Устье, Кандикюли, Гора Валдай, Черная Лахта, Пулково (деревня, расположенная недалеко от Горы Валдай). По архивным данным стихией было уничтожено шесть лодок, пять мереж, два сарая. Сети, принадлежавшие жителям Устья и Кандикюлей, были порваны или унесены водой. Для многих семей это означало потерю единственного источника пропитания. Убытки вылились в сумму 345 рублей, что по тем временам было большой суммой.
Этим летом мы стали свидетелями большого шторма. Он был настолько сильным, что ветром повалило много деревьев, вода подтопила дорожки Приморского парка, сделала неузнаваемым пляж в Сосновом Бору. В окрестностях Устья вновь стояла вода...
Ущерб от Ленинградского наводнения 1924 года был оценен в 130 млн. рублей. Без жилья остались 15 тысяч человек. В 1925 году была выпущена книга «Ленинград в борьбе с наводнениями», описывавшая как научные аспекты наводнений, так и борьбу с ними и их последствиями. Было объявлено о строительстве защитной дамбы в Гавани. Позже появился проект гидротехнических сооружений для защиты города от наводнений, но строительство этих сооружений начнется через десятки лет, в 70-х годах ХХ века. Сегодня дамба надежно охраняет Санкт-Петербург от разрушительной силы наводнений.
Оксана НИКИТИНА, научный сотрудник Сосновоборского городского музея
